главная статьи стихи рассказы юмор фотогалерея татуировки радужные флаги музыка звезды интересные люди Интересные люди книги гостевая форум наши друзья контакты

БЕШЕНАЯ ЛЕДИ (Айседора Дункан и Есенин)

Как бешеная Леди хороша!
В постели ли, иль в образе другом!
Поет и мечется в безумии душа!
Сегодня с Леди мы останемся вдвоем.

Мы будем хороводить и кружить,
Объятия прекрасны и легки.
О, Леди! Превозмочь и подарить –
Товар такой – разменивать с руки!

Я обожгу тебя сияньем глаз,
И лягу быстро, и колени разожму!
О, бешеная Леди, где экстаз?
Где стон зерна, упавшего в межу?

Эй, Леди, я болею твоим сном,
И легкими кудрями цвета льна.
Приоткрываешь двери в славный дом,
Который час ты в доме не одна.

Ложись и помни: вечен тот лишь мир,
В котором умираешь в сотый раз.
Прекрасно, Леди!
Вот и сыт Кумир.
Он причастился от тебя сейчас.

Ложись и помни: ты мне отдана,
И нет тебе уже давно пути назад.

А в спальне – синева и тишина.
А в спальне – сон и чуть прикрытый зад.

Alexs

* * *

Я тебя разожму, и погаснут огни.
Обниму, отстою, и меня не вини.
Обожгу, слово смерть,
Синевой напою…
Кленов ржавая медь
Поплывет по ручью,
И почти что сама
Безразличная смерть

Подойдет… и уйдет.
Это надо уметь!

Alexs

* * *

Священно царственное ложе.
А для меня – запретов нет.
Величие твое похоже
На парусину прошлых лет.
Бумага, скомкана бумага,
Огню священно отдана,
И знаешь ты, что – хочешь, надо!
И знаешь, чья это вина.
Тебя не Дьявол развеличит,
Ни Черт тебя благословит, -
А тот, кто сердцем поприличней, -
Веселый, умный, дерзкий кит.
Падешь блаженно и прекрасно,
Отдашься пламенному сну.
Он – наглый, смелый и опасный, -
Не доверяй совсем ему!
Красиво время настигает
И тает, чувственно и зло.
А он тебя обожествляет,
Поскольку сам он – божество!
Он на тебя, прищурясь, смотрит,
И напевает – что? Бог весть!
Он твои губы не запомнит,
Но будет пить за них и есть!

Блаженно, с боем взято ложе,
И ты кусаешь губы в кровь.
Вопрос: на что это похоже?
Ты знала.
Это все любовь.
И не смогла сопротивляться,
Когда к тебе он подошел:
Неверный, чуткий, - чтоб остаться,
И разложить тебя на стол.

Alexs

* * *

Записка пахла ветром и фиалкой.
С посыльным не послал, а сам принес.

Тебе сказала старая гадалка,
Что его губы – разным Леди нож.
Ты бровью повела и исступленно
На мелкие кусочки села – рвать.
А он пришел и мужем стал законным.
И было ничего не поменять.

…И вновь записка: ждет сегодня утром,
и говорит, что любит, и грустит.

«Не верь ему! Он это все – как будто,
Он это, развлекаясь, говорит».

Иди ты на костер, люли – гадалка!
Ей было на заклятье наплевать,
Она хотела, и случилась – жалкой,
Но не могла его не целовать.

Записка, нож, цыганка и фиалка…
Не жалуется, терпит и молчит.
Ей на костер бы, старая гадалка,
где Бог простит.

Alexs

* * *

А он такой великий мастер,
А он их всех давно познал.
Мещанки, леди и служанки:
Костер – обвал.
Alexs

* * *

Вино хмельное с ним на пару
В кровати, нежась, распила.
Он выкурил твою сигару.
Пока ты рук его ждала.
Он встал, прошелся, потянулся,
И выгнул чресла, словно кот.
Потом заснул, потом проснулся,
И бросил ягодину в рот.
Смятение, испуг, улыбка, -
Мольба о помощи и крик.
Он не услышал: пела скрипка,
А, может, просто он привык.

Похмелье винное спустилось.
И не осталось ничего.
Ты в ад тихонько покатилась,
Да от него.

Alexs

* * *

Леди, Леди! Леди, Леди…
Ходят бурые медведи
По лесам и по долам,
Сегодня здесь, а завтра – там.

Не боитесь Вы медведей?
Говорите, когти есть?
Леди, Леди, дуры – Леди!
Ваши когти для медведей –
Даже в рыло не залезть!
Ам! И нету больше Леди!
А медведь – всегда он есть!

Alexs

* * *

Опять пришла сырая осень
С деревьев листья прогонять.
Опять тебя никто не спросит,
А будет молча целовать.
И эти губы дорогие
Опять душевный бой продлят, -
Дождей осенняя стихия
Переметнется в град.

Зачем тебе такая мука?
Зачем любить, зачем страдать?
Зачем идет любовь к разлукам?
Зачем – опять?

Безоговорочно страданье,
И молчалив так приговор.
И выполнит предначертанье
Твой юный вор.

Alexs

* * *

«Я тебя люблю, пускай немножко.
Я тебя люблю, ты только верь!»
Просто так залез к тебе в окошко
Этот непонятный юный зверь.

Он тебя хотел чуть – чуть потрогать,
Может быть, чуть – чуть околдовать…
Знал, конечно, - тронет недотрогу,
Но души не мог своей унять.

Покорапал бедра и рубашки,
Локон спрятал где-то на груди.
Выпил два стакана бурой бражки,
И позволил сам себе уйти…

Непонятный зверь, но ты любила,
Плакала полгода по нему.
А потом все-все ему простила,
И сама не знаешь, почему.

… Вот опять распахнуто окошко,
(почему в окошко, а не в дверь?)…
«Я тебя люблю, пускай немножко.
Я тебя люблю, ты только верь!».

Alexs

* * *

А я выпущу книжку – мальчишку!
Небывалого сорванца!
Пусть завидуют, даже слишком
Все поэты, тугие с лица!
Те поэты таких не видали,
Никогда не смотрели во след!
Золотого блеска медали
Удивительный первоцвет.

И какой-нибудь гений меж ними
Бровь поднимет, пожмет плечом,
Что и я – существую отныне,
Что и – подметаю плащём
Стихотворные площади мира,
Поэтических строчек мосты,
Что меня тоже любит Лира…

Только чуточку меньше, чем ты.

Alexs

Друзьям

Мы – ангелы. Наши веки
Легки, золотисты, прекрасны.
Друзья, создающие вехи
И воскресение – красным,
У вас серебристые крылья,
Чуть вьющиеся ресницы,
Покрытые звездной пылью.
Легчайшая поступь птицы.

У вас слишком тонкие пальцы –
Нежнейшая лопасть ладони.
Движения первого вальса,
И взгляд – самой страстной агонии!

Друзья, у вас сладкие речи!
Умнейшее вдохновение!
Слух – первозданного вечера.
Божественное провидение.

Вы – Ангелы.
Знайте, Ангел –
Я – тоже.
Но пытка - та же:
Мы с Демонами похожи,
И Дьявольская – поклажа.

Alexs

* * *

Дан отпуск Музе насовсем.
Приглашена – Любовь.
Среди дорог,
Среди проблем
Разбито сердце – в кровь.
И я смотрю в твое лицо
Наивно и светло.
На пальце тонкое кольцо.
Разлукой лоб свело.

Дан отпуск Музе, а в альбом
Я запишу, смеясь,
Какой – нибудь стишок потом.
Смеясь и не таясь.

Alexs

* * *

Стихи приносят утром.
Вдоль бессонных
Ресниц уж тени страшные легли.

Стихи читают утром,
Если только
В них было – Слово.
Если - сберегли.

Стихи кидают утром:
Кто – в корзину,
Кто просто – в форточку-
Не долго до беды!

Стихи целуют утром.
Как Марина….
Как самые прекрасные цветы.

Alexs

* * *

Искала – час. Искала – два.
Искала – год. Искала – пять.
И всё кружилась голова,
Пуская время вспять.

Искала – ночь, искала – день.
Искала утром, в пять.
Цвела вовсю тогда сирень,
И солнце жгло – опять.

Искала – жизнь, искала – век,
Искала вглубь веков.
И он нашелся – Человек.
Но и сгорела – вновь.

Alexs

* * *

Дождь и снег, и перепутье. Вечер.
А дома плед и теплые носки.
Ты будешь в моем сердце бесконечным,
Как эти белоснежные листки.

Ты будешь частью моей жизни, смерти.
Ты станешь мне родным в наш страшный век.
Ты, правда, в этой зимней круговерти
Станешь моим, любимый человек.

Alexs

Поэтам

Поэт – он удивляется с утра.
Он днем кусочек хлеба добывает.
По вечерам зовет его звезда…
А что бывает ночью – он не знает!
Alexs

* * *

Он стих приносит утром – любоваться.

В поэта беззащитного влюбляться?
Благодарить его за совершенство?
За линию, экстаз, самоблаженство?!
Дарить ему объятья, поцелуи,
Дарить строку, еще одну, другую?!
И – третью?! Тоже, Боже, подарить?!
И просто так его, блаженного, любить?!

Он завтра принесет еще от Музы.
Откроет он еще блаженства шлюзы!
Как много выльется из пламенной души!
Не спи, не ешь, не пей и не дыши!

Пусть светит солнце, а поэт – внимает!
Он в этом мире больше понимает,
Чем пёс бродячий,
Самый мудрый жрец…

Поэт прекрасно знает, где конец,
А где – начало.

Бровь дугой. Анфас.
Ресниц прибой.
Метель зеленых глаз.
Пленительные губы, вновь и вновь.

Поэт, не что иное, как Любовь.

Alexs

* * *

Бог поприветствовал моё рождение стихами.
Поэтов всех встречает Бог стихами.
Не знает Бог, что жизнь пройдет – стихами,

И не останется от жизни – ничего.

Alexs

Духов день (Цветаевой, Ахматовой и всем другим…)

Сегодня – Духов день. Окно я не закрою.
Мне страшно. Ну и что. Дрожать – не убегать.
Сегодня Духов день. Сижу сама с собою,
В душе – темным темно. И не хочу писать.

Сегодня вспоминаю всех, кто близок
Моей душе больной, их книги и стихи.
Их красоту и лед коротеньких записок,
Их радостные, светлые, волшебные грехи.

Сегодня вспоминать мне хочется поэтов:
Которые курить любили на двоих.
Во мне сегодня свет их розовых рассветов,
Во мне сегодня крик – какой-нибудь из них.

Сегодня Духов день. Они придут, быть может,
У изголовья встанут, не испугав меня.
Сегодня Духов день, и кто-то, правда, должен
Поэтов дорогих сегодня вспоминать.

Alexs

Из цикла «Я только бабочка…»

Ты говоришь: «Любимого спасая,
Простится женщина с прекрасным раем.
И станет ветром, ведьмой, быстрой птицей,
И бурей бесконечной закружится!
Врагу в лицо отважно поглядит,
Весь мир вокруг себя испепелит…».

Ты говоришь,
Я слушаю прилежно
И глажу твои кудри нежно – нежно….

Alexs

* * *

Посмотри на меня из сияния
Белых-белых постельных одежд.
Не смотри на мое воспитание,
Ты встречал и похуже невежд.

А ведь правда, встречаются худшие,
Ещё бешенее в любви?!
А ведь правда, что песни их – лучшие?
Лучше всех – от зари до зари!

… Я тебя в этом белом сиянии
И сама распознать не могу.
Я тебя –
В самом мутном сознании,
В самом крохотном! –
Сберегу…

Alexs

* * *

Любовь?
Как просто в этот миг, сейчас!
А помнишь, было сложно всё с тобой у нас?
Горели свечи, пенилось вино,
И было боязно, и было нам смешно…

Но, крылья расправляя, ввысь и вспять
Мы научились все-таки летать!

… Сейчас сидим тихонько у окошка,
Исследуем осенние дорожки,
Готовим, шьем, стираем и поём…
И пусть без крыльев мы уже живем,
Но рядом, в кресле, с нами не скучая,
Сидит Любовь, хорошая такая!

Alexs

* * *

А там была такая тишина,
Что и дышать им вовсе не хотелось.
И в темноту не очень-то смотрелось,
Не ощущалась сильною – вина.
Тоска не ощущалась, радость билась
Под сердцем где – то, где цвели сады.
Не приближалось никакой беды.
А за окном, во тьму, Луна ложилась.
Любовь была? Предчувствие потери?
Или родство двух странствующих душ?
Так в круговерти бурь и мрачных стуж
Вдруг в теплый дом приоткрываешь двери…

…Под утро стало холодно. В окошко
Тихонько клювиком синичка постучалась.
А жизнь как будто только начиналась,
И было страшно, но совсем немножко….

И были, были, были неземные
Над ними небеса.
И были, были, были голубые
У женщины глаза.

Alexs

Из маленького цикла «В дороге»

Разлука пугает, разлука изводит,
Разлука в сердцах свое место находит.
Какое там счастье, когда – повороты?
Когда о насущном сегодня заботы?

Лишь в сердце немеркнущим светом гуляет,
И силой, и страстью так сильно пугает,
И пламенем Жизни самой обжигает
Разлука – Любовь!

Alexs

* * *

Как плохо мой ребенок спал!
И неизвестно, где была
Слепая мать его!
Так ждал!
Но мать – любовные дела
Забросить не могла.
И яростно всем упивалась:
Глазами, красками, молвой…
Стихами!
Не нарасставалась
На жизнь еще!
И снова – в бой!

Как плохо мой ребенок спал,
Грустил, худел и тосковал…

Alexs

* * *

Мне нужно рассказать тебе о лете,
О том, что ждет тебя или меня…
О сладких поцелуях на рассвете,
Мне нужно рассказать тебе о лете, -
Когда под нами кончится земля!
Alexs

* * *

В двух шагах от неги я стояла.
Перекресток. Бирюзовый взгляд.
Ничего в тебе не понимала,
Но дороги не было назад.
Из крылатой шубы были взгляды,
Полные безумства и огня.
С нежностью, наверное, мы рядом
Были в середине февраля.
Или – с нежелательностью больше
Мы стояли близко, в двух шагах.
Друг от друга оставалось столько же,
А Любовь уже была – в руках.
Alexs

Неразделенная любовь

Это – всего лишь письмо,
Эхо – всего – всего.
Эквилибристика слова,
Эврика полуживого.
Экватор сердечных мук,
Экосез двух враждебных рук.
Это – всего лишь карта.

Это – тихое завтра.

Alexs

* * *

Мне не спится. Рядом – звезды.
Воздух яростно – колюч.
Твой поклон, твой вздох от прозы,
От чужой, - чернее туч.

А мои стихи кладешь ты
Под подушечку свою.
А мои грехи сотрешь ты
Под заветное: «Люблю».

Alexs

* * *

Николаевская аптека.
Дождь. Луна. И такси, такси.
По асфальту ночному бегать:
«Иже еси на небеси».

О! Молитва, когда не умеешь,
И трудна и полна обид.
Хорошо, что хоть ты разумеешь,
Что душа моя просто спит.

Alexs

* * *

У маленькой дочки
Слезинки – цветочки,
А ручки – расточки…

А мамины губы –
Печальные трубы-

Сегодня – ни строчки.

Alexs

* * *

Я чувствую струной своей души,
Седьмой струной, отрывистой и тонкой, -
Твой чистый голос, как родник в глуши,
И серебристый, словно у ребенка.
Я чувствую повадку, глаз и стать…
И в восхищении немеют роговицы.
На край земли пойду тебя искать!
Орлицей гордой – благородной птицей!
И от того, что ты – охотник сам,
И сам стрелу в меня легко направишь, -
Я только громче крикну в небеса, -
За то, что не солжешь и не слукавишь.
Alexs

* * *

Дочурка видит зиму в третий раз,
И удивляется, и тысячу вопросов
Мне задает с утра.
Провалы глаз
Мне говорят, что стала дочка – взрослой.

Так как понять, душой или умом,
Что и сама – когда-то задавала?
Что и сама – мечтою подо лбом –
Весь мир прекрасным и простым считала?!

Alexs

* * *

Слова беспечные сказала.
Не плакала.
Не умирала.

В глаза печальные смотрела.
Не плакала.
Ты не умела.

Слезу упавшую поймала.
Не плакала,
А хлопотала.

И о весне не говорила.
Не плакала.
И не любила.

Alexs

Лебединая любовь?

Поднимаю молча бровь.
Сквозь вопрос ищу ответа,
А, быть может, жду совета.

Не встречала я ни разу
Лебединую любовь.
Вот поэтому так сразу
Изогнулась моя бровь.

Alexs

* * *

Ты думаешь, я плачу? Брось!
Меня не взять твоим измором!
Я усмехнусь, я знаю: ложь –
Все мысли, чувства, разговоры!

А вот попробуй-ка, узнай,
Что это было за улыбкой?
Не знаешь?
Это был твой край,
И для тебя – играла скрипка!

Alexs

Век серебряный

В салоне душном, жарком, потном,
За фикусом, в тени листа,
Мы целовались чернооко –
Жизнь романтична и проста.

Лежали руки на коленях,
Скользил по всем запястьям шелк.
И говорить всё было лень нам,
Но и без слов всё было в толк.

Давай же! Убежим, как кони!
Как две пантеры прыгнем прочь!
И скрывшись от любой погони,
нагоним сладостную ночь!

Луна сверкает, звезды блещут,
И – молодость, черт побери!

Нам утром птицы прощебечут…

А ты люби меня, люби!

Alexs

* * *

Прошла здесь пара недавно:
Длинный мелькнул здесь плащ.
Я оглянулась исправно –
Весел мой бог, мой палач.

И оглянулась сквозь капли,
Этой паре вослед.
Плащ развивался.

А мало ли
Чего в моей жизни нет.

Alexs

* * *

Я обнаружила, что я несовершенна,
Что мне не нужно ни ракет и ни комет…
Все, как обычно, шло обыкновенно –
И было мне – пять лет.

Я побежала, зажимая муки,
Тревожным взглядом вглядываясь в даль.
Мне у подъезда любопытные старухи
Прочли мораль.

Но шла весна. Наедине с весною
Я колдовала новые мечты.
Пила ветра, играла высотою,
В сиреневые вщурившись ручьи.

И лучше всех узнала, как не плакать,
И как по солнышку определять обед…

Я научилась горе прятать в лапы.
И было мне – пять лет.

Alexs

* * *

Слезы на исходе зимы-
Всего лишь голуби,
Всего лишь вестники,
Всего лишь влага.

Друзья на исходе зимы-
Всего лишь молоды,
Всего лишь открестники,
Всего лишь бумага.

Alexs

* * *

Пасмурность солнце сменит
После раннего утра.
Нечего ждать как будто…
Привычной нет даже лени.
Узоры волшебными стали,
Как бриллианты сверкают.
Сегодня все вспоминают,
Как мы с тобой летали.
Дымка от яркого солнца,
И серебром дышит воздух,
Тихо, почти что грозно,
Снимаем кольца.
Alexs

* * *

Губы - в грустную улыбку,
Взгляд - таинственный оскал.
На плечо- немую скрипку,
А за поясом - кинжал.
Королевить и барбосить,
Дарить песни и стихи, -
Для того, чтоб как-то сбросить
С рук - тепло твоей руки.
Alexs

* * *

Я Ваши соберу мосты
В свои глазницы.
Мне очень хочется на «ты»
По Вам молиться.
И вот теперь - над высотой
В широком небе
Я поняла: никто другой
По Вам не беден.
И только я одна хожу
Меж Вас кругами.
Я вечером в окно слежу,
Слежу - ночами.
Звезда ли с неба – в небосвод,
Иль вспыхнут руки, -
Я не приму и в этот год
От Вас - разлуки.
Alexs

* * *

Осенняя фантазия невпопад:
Идете - Вы.
Бежит- струится дождь…

Мне кажется, что ты ко мне придешь.
Мы будем есть зеленый виноград.
И ночью, где блестящи лужи,
Где фонари и звезды у ноги, -
Мне будешь признаваться ты,
Что наш роман - не нужен.

Когда приду домой и сяду я за стол,
Все свечи, что есть в доме, разлучиню, -
Ты будешь знать, что все не без причины.

Вы будете строжайший мой Апостол.

Alexs

* * *

Луна меня окликнет. Ночь.
Двенадцать сорок пять. Молитвы.
Блуждаю в полусне, а впрочем,
Все это - предвкушение битвы.

Лишь Вы - оружие в ладони не берете.
А, улыбаясь, впечатляясь, - ждете.
Что сто признаний к Вам дополнит это:
Моя чужая песня до рассвета.

Alexs

* * *

Бывает больше, чем любовь.
И сны, как будто Поднебесье.
И никаких не надо слов.
Не надо этих грустных песен.

Движений, рук и глаз - довольно.
Довольно бережной молвы!

Порой и так бывает больно,
Что рядом с Ангелом не ты.

Alexs

* * *

Как дороги эти минуты,
Господи, помоги!
Сегодня пятнадцать. Лютый
Мороз еще впереди.

Коснусь ледяными руками
Горячей груди.
Я стану твоими шагами.
Не уходи.

Alexs

* * *

Скучаю? Боже! Нет! Не знаю!
Увижу завтра. Разгадаю
Твою палитру, разговоры,
Все молчаливые укоры.
Все злые речи (для меня),
Твои красивые улыбки…
Последний плач последней скрипки,
И в сердце - пламя от костра.
Alexs

* * *

Гуляли лебеди по глади.
Он - белый. Черная - она.
В печали лебеди, в разладе,
И мутною была река.

Им крошки кинув, я молчала,
Все на душе, все перебрав,
Я (и без крыльев) понимала,
Что черный, как всегда, не прав.

Alexs

* * *

Амазонки тоже приходят
Голыми
К Королям.
Амазонки тоже уходят
С сердцем уходят,
Где шрам.
Амазонки тоже стреляют
И убивают
Мужчин.
Амазонки тоже теряют
Сотнями,
И без причин.
Амазонки тоже нежны…
И изменчивы.
Амазонки тоже должны
Быть
Женщинами.
Alexs

* * *

Когда-то станет мне понятен
И этот смех, и этот стон.
И эти губы на закате,
Колоколов венчальный звон.

Мне станет и отказ понятен,
И даже то, что ты с другой, -
Я вдруг пойму, что ты - занятен,
И в сердце снизойдет покой.

Alexs

* * *

Посмотри на меня из сияния
Белых-белых постельных одежд…
Не смотри на мое воспитание-
Ты встречал и похуже невежд.

А ведь, правда! Встречаются худшие!
Еще бешенее в любви!
А ведь, правда, что песни их - лучшие! -
Против всех! - от зари до зари!

…Я тебя в этом белом сиянии
и сама распознать не могу…

Я тебя - в самом мутном сознании,
в самом крохотном! - сберегу…

Alexs

БЕССОННАЯ НОЧЬ…

Бессонная ночь как слепящее пламя глаза…
Чужим человеком иль зверем под утро встаешь.
Бессонная ночь.
Все, что думалось – не рассказать.
Бессонная ночь: не выдумаешь, не солжешь.

Сначала туман и ресницы слипаются в такт,
Потом – напряженно глядишь в темноту.
Еще через час существуешь уже просто так.
Прозренье приходит под утро, как луч в пустоту.

Мечтательность, мнимость, блаженство и горе в одной
Прекрасной и страшной, бессонной, бесславной ночи.
Пройдет, словно сон, словно ветер промчится…
Молчи!
Бессонною ночью Старуха приходит за мной…

Alexs

* * *

И больше жизни нет – одна любовь!
Заполнившая все без исключенья.
И изумленно выгибаю бровь:
После любви - под утро – всепрощенье…
Alexs

* * *

Простить тебя – всем сердцем обозначить
Свою тебе покорность и любовь.
Простить тебя? Все это будет значить
Заведомо разбиться насмерть, в кровь.
А, может быть, все это будет значить,
Что отказаться просто не могу
Я от любви до смерти, не иначе.
Alexs

* * *

Мы, как все влюбленные, ругаемся,
И разлад бывает так велик,
Что уже намаемся, отчаемся,
И желаем смерти – на двоих.

Но приходит снова нежность сладкая,
И ладонь становится тепла…

И сижу я ночью над тетрадкою.
И опять смущается толпа.

Alexs

Гроза

Нынче грозы слепые от молний,
нынче ветер грозит и грозит.
Посидим у малютки- жаровни,
призовем поэтический кит!

По спине его мягко погладим:
дорогой, говори! Не молчи!

И прекрасные лягут в тетради
Мои сны под огарок свечи.

Alexs

* * *

Нам оставаться было лень в саду:
пусть заливался за окном соловей.
И бродил старый пес, как в бреду,
и полным - полно ждали друзей.

Пусть и лилия опять расцвела
чудным цветом, под цвет молока…
А над домом и садом прошла
стая молний, как Бога рука.

Мы стремились куда- то уйти,
где- то скрыться, чтоб быть вдвоем,
чтобы встречей себя спасти
и смотреть в неба синий проем…

Alexs

* * *

Ты ночуешь в постели чужой,
на бескрайнем просторе земли.
А вот этот, который родной
отпускает в грозу корабли:

белый стих- каравелла плывет
синей- синей далекой рекой.
Безнадежно на помощь зовет,
бесполезно нам машет рукой.

Alexs

* * *

Безродная тоска вдруг навалилась:
не мил и друг, не страшен грозный враг.
В душе опять, как эхо, прокатилась
чужая песня, странно, просто так.

И встали там невидимые тени-
зачем стоят? Чего такого ждут?
Как в прошлый раз дрожат опять колени,
В предчувствии мучительных минут.

Стучит в висках. Наверное, болею?
Тоска! Тоска! Все пройдено не раз:
я жить и не хочу, и не умею…

Alexs

* * *

Не тайна для народа наша тайна.
Гудит толпа.
Я встану пред толпой:

что ж, говорите все!
Я не случайно
явилась с непокрытой головой!

Кляните все!
А я смеяться буду!
Что взгляды ваши!!!

В жизни есть одно:
дом, ужин, перемытая посуда
и на двоих распитое вино.

Alexs

* * *

Женою назвал навеки,
сердечком назвал и душой.
Тихонечко дул на веки
и был бесконечно твой.

Ты просыпалась с сознаньем,
что счастлива ты и легка.
Но веяла расставаньем
субботняя та река.

И разошлись в одночасье…
И плачет, и плачет душа.

Глупое бабье счастье
испытывает, не спеша.

Alexs

* * *

Разрыв во времени. Обрыв! - Гроза!
Тяжелые раскаты.
В душе тоску с тревогой скрыв,
иду, вся пламенем объята.

Между тобой и между мной гроза!
И шесть домов отныне!
Ценою слишком дорогой
плачу- грозой на половине

Пути к тебе! Близка минута,
Когда опять: глаза в глаза!
Когда любовь ни с чем не спутать!
Разрыв во времени! Гроза!

Alexs

ПРО ВЛЮБЛЕННЫХ…

Беда не приходит одна.
Мне больно за чистые наши
Сердца.
И была бы вина,
А только – «Вот мы вам покажем!»

Не знаю, смогу ли терпеть,
Сорвусь – обвинение брошу.
А стоит ли? Мне не успеть
По – вашему стать хорошей.
Птенцы заперлись и молчат
В уютненькой маленькой клетке.
Не примут их в розовый сад,
И нету своей у них ветки.

И слезы текут, и ненастье
Свирепствует за окном…
За то, что потеряно счастье
Сегодня мы снова умрем.

Alexs

* * *

Без конца и без края травят влюбленных.
Положено так на земле.
Красивых и дерзких влюбленных нескромных
Все больше в тебе и во мне.
Alexs

* * *

Поэту проще умирать –
легко уйти с земли.
Он с детства полюбил летать,
Его вперед вели
Созвездья, люди, города,
Висячие мосты…

Поэт был ангелом всегда
В кудряшках золотых…

Прекрасной Даме так не смочь –
Покинуть день и час.
Она так сильно любит ночь,
Так страшно ей сейчас!

Но если ближе на земле
Их друг для друга нет, -

Они, как в рок, войдут в рассвет,
Мадонна и Поэт.

Пусть люди скажут: «Не беда!
Бывает в жизни так!»

Заплачут небо и звезда.
И друг, и враг.

Alexs

ЗИМА

Зима нагрянет как-то уж нежданно.
Все думали мы с вами: не придет.
Проснусь, как от толчка, однажды рано,
Увижу холод, дым из труб и лед.

И станет грустно: все-таки не ждали
Зимы и стужи! Нам бы все тепла!
Чтоб веселили и синели дали.
И за грибами в лес тропа вела.

А что сейчас нам делать – неизвестно:
Камин зажечь? Гостей ли пригласить?
Или закутаться с брошюркой снова в кресло,
Потом заснуть…
Ходить во сне, бродить…

Хорошая погода у природы,
да, «каждая погода – благодать»…

Как жаль, что так боюсь я непогоды,
И, может быть, из кресла мне не встать.

Alexs

* * *

… А, впрочем, первый снег и мне по нраву!
И Новый год так скоро к нам придет!
И песня счастья смело, в три октавы,
Над нами, грешными, под утро запоет!
Alexs

РАЙ НЕБЕСНЫЙ

Ночные запахи и звуки…
Прислушайся, узнаешь ты,
как горяча молитва скуки,
молитва веры и любви.
Как горяча молитва славы.
Как одиночество кричит.
Прислушайся: а вот Лукавый
в соседнем доме говорит.
Как горяча молитва грусти,
как горячи слова тоски.
А там все грех Бог не отпустит,
а там объятия легки…
Ночные запахи и звуки –
дорога к утреннему сну.
Протягиваю всем вам руки,
и ночь, стесняясь, пролистну.
Alexs

* * *

Она уснула тихо – тихо,
глаза закрыла и ушла.
она уснула тихо-тихо,
как будто просто умерла.

И Ангелы над ней запели,
даря ей сон прекрасный свой.
и Ангелы над ней запели,
и в сон пришел ее герой.

И то ли горы, то ли скалы
уж возвышаются над ней…
И то ли горы, то ли скалы
ведут все выше и быстрей.

А там блаженные долины
раскинулись на сотни верст.
А там блаженные долины
ей дарят маки в целый рост.

Ручьи журчат, водой играя,
несут зеленую волну.
Ручьи журчат, водой играя,
ее зовут, ее одну.

Трава ложится ей постелью,
и мягче ласковых перин,
трава ложится ей постелью,
и одурманивает тмин…

Так спит она пусть томно, сладко,
и принимает сон за явь,
так спит она пусть томно, сладко.
Ты до утра ее оставь.

Alexs

* * *

Не знаю, что на небе, там.
Небесный рай ли мне подарят,
или уйти во тьму заставят,
не дав развеяться грехам.

Не знаю, что здесь, на земле.
Но мне уже все подарили:
весь мир сошелся на тебе,
и мы друг друга полюбили.

Alexs

* * *

Не вижу лета, в думах отчего-то.
Не нравится горячая погода.
Не нравится зеленая природа,
и скучен мир.

Наверное, тоской заболеваю,
и ничего вокруг не понимаю,
и душу для чего-то оголяю,
тебе, кумир.

А ты все смотришь, грустно улыбаясь,
как будто чувств нахлынувших стесняясь,
и мне так просто – просто поклоняясь,
что видит Бог:

я становлюсь и крепче и смелее,
и искреннее, и ярее,
и, кажется, сказать тебе сумею
о самом главном,
где-то между строк.

Alexs

* * *

Смешная людская порода!
все рвется куда-то, спешит!
К квартирам своим, огородам,
к чему и душа не лежит.

Зачем же так рваться на части?
А если вдруг встать и понять,
что есть бесконечное счастье,
которое не отобрать.

Зеленые чащи, и небо,
и солнце, и пляж, и цветы.
И жаркое яркое лето,
и волны, и парус, и… ты…

Большая любовь, до забвенья,
два сердца, забившихся враз.
И это стихотворенье,
написанное сейчас.

Alexs

СТИХИ ОБ ОСЕНИ

От поцелуев жарко, жарко, жарко!
Я влюблена опять! Привет, любовь!
По старым мостовым седого парка
Гуляем долго.
Хмуришь сильно бровь.

Ты думаешь, наверное, что не надо б
Со мною это было начинать?
И в тишине заброшенного сада
Молчишь опять.

Да, я виновна тем, что не сумела
Себя саму никак остановить!
Я жгла стихи, тебе я песни пела!
И научилась преданно любить!

А ты молчишь… Добраться бы до сути
И станет легче.
За руку возьмешь,

Подумают опять не весть что люди,
Но обойдем невидимую ложь.

Alexs

* * *

Жизнь до спелой рябины
Кое-как добралась.
Красно – буры осины,
Непролазная грязь.

В небе плачут, прощаясь,
Журавли, журавли.
Ничего не осталось, -
Все с собой унесли!

Зажелтела березка
Под раскрытым окном.
Капля пламени, воска…
Ничего, проживем…

Где ты, страстно – любимый
И застенчивый друг?
Акро - стих длинный- длинный
Стал коротеньким вдруг.

Приезжай! И узнаешь,
Как спешит осень вдаль…

Сам тогда пролистаешь
Отрывной календарь.

Alexs

* * *

Он был прекрасен в светло – сером
Костюме - «тройке» в этот час!
Он встречен бабьим был напевом,
Как это водится у нас.

Сидели рядом на скамейке,
(нам пел все лето соловей).
Или брели узкоколейкой,
Забыв семью, дела, детей.

Так продолжалось годы, годы.
И вот все кончилось. Ура!
Но мы не чувствуем свободы…

И у меня из- под пера
Выходят строчки - невелички
О той большой земной любви…

Как велика сила привычки!
Меня ведь только позови!

Alexs

* * *

Спится плохо. Совсем не спится.
Ночи что ли пошли невпопад?
Что – то думается, видятся лица,
Мне не страшно…бьюсь об заклад.
А потом в тишине мнятся звуки,
Мнятся шорохи, скрип, голоса.
Представляются ноги, руки,
Слабо светятся небеса.
Утро теменью встанет дикой,
и будильник по сердцу – дзинь!
И встаю с любовью Великой
В наступающую синь.
Alexs

КЛЯТВА

Снег падал, чистый и прекрасный,
И шла зима.
Он подошел, такой опасный.
Сдалась сама.
Он быстро, натиском,
Отведал
Твоей весны.
Большая славная победа,
Не без вины.
Снег падал,
Чистый и прекрасный,
И шла зима.
Он подошел, такой опасный.
Сдалась сама.
И вспомнила опять другого,
И замерла:
Улыбка, смех, и жест и слово, -
И все дела…
Один в один,
И нет сомнений!
Да, это – он!
Поэт, конечно. Черт. И гений.
Волшебный сон.
Alexs

* * *

Затихнет ночь. И фонари погаснут.
И тихо-тихо подойдет
к нам счастье.
И сердце гулко стукнет
в стенки вновь, -
И в отблесках луны
увижу я любовь.
Alexs

* * *

Дышит наступающая весна
Свежестью, прелью, цветами.
Таяньем снега,
оживающими кустами, -
Прекрасна – наступающая весна!

Дышит весенняя ночь страстью:
Бешеной! Яростной! Любвеобильной!
Открой занавеску, и станешь
вмиг ты счастливой –
Дышит весенняя ночь страстью!

За занавеской любовник
стоит молодой.
Страшный в любви, прекрасный
и бестолковый.
Сладки его неземные
браслеты – оковы.
За занавеской любовник
стоит молодой.

А в груди сердце бьется и гулко и страшно,
И боязно сердцу –
пропадает оно ни за грош!

Как он прекрасен, о Боже,
о Воланд, как он хорош!
Сердце женское бьется в груди и гулко, и страшно!

Alexs

* * *

Дни в годы сложились, и мы поженились,
и мы обвенчались,
и мы породнились.
Дни в годы сложились:
Мы не расставались,
и вместе ложились,
И снова встречались.
Какое блаженство –
Петь общую песню,
Отдать на закланье
и жизнь и судьбу.
Ни капли кокетства, -
Желанье быть вместе,
Простое желанье:
Не встретить беду.
Дни в годы сложились, и мы поженились.
И знаешь, тебя я
Не подведу.
Alexs

ЛЕТО

Закружилось лето, заискрилось.
Ярким бубенцом звенит в лицо!
Поле за окном заколосилось,
Повела тропинка за крыльцо.

Распахнулось небо надо мною,
Теплый ветер челку разметал.
На реке с прохладной синевою
Лодочка скребется о причал.

В лодку сяду, по реке – на веслах,
Сосенки помашут с берегов.
«Нелегко быть умной, сильной, взрослой», -
Думает девчонка та, из снов…

Крикнет громко из кустов кукушка,
И опять – отсчитывать года!
А березы светлая макушка
Мне помашет: «Ты куда, куда?»

Я не знаю, сердцу не хозяйка…
Но в груди так радостно зажмет,

И на белых крыльях снова чайка
Счастье из-за тучи принесет.

Alexs

вернуться к списку

Rambler's Top100 TOP 2006 Copyright by © Angel&Chaika
Хостинг от uCoz